Вчерашняя статья в газете «Коммерсантъ» («Пшеница подверглась казни египетской») об аресте 137 тыс.т российской пшеницы, поступивших в Египет на трех сухогрузах, была быстро и охотно растиражирована отечественными СМИ.
А был ли мальчик? Были ли действительно арестованы 137 тыс.т российской пшеницы?
Ни египетские СМИ, ни международные информагентства таких цифр не приводят. Официально подтверждены данные об аресте судна в порту Сафага с 52 тыс.т. Сообщения об аресте еще двух судов в порту Дамьетта или портах Дамьетта и Порт-Саид не подтверждены. Но даже если это и имело место, то речь может идти о 112 тыс.т (52+30+30), а не о 137 тыс.т, о чем рапортуют отечественные СМИ. Это, во-первых.
Во-вторых, а был ли вообще арест еще двух судов?
Вот что пишет известный сайт SeaNews, специалисты которого не тиражировали, а, как положено профессионалам, проверяли сомнительную информацию. «Сообщение об аресте в порту Дамьетта судов, груженных российской пшеницей, пока не нашло подтверждения у египетской стороны. Представитель морской администрации порта в разговоре с SeaNews опроверг информацию о задержании 18-19 мая российских сухогрузов. По данным департамента морского транспорта Министерства транспорта Египта, последними судами, прибывшими в Египет с российским зерном, являются «Омский-135» и «Reliance». Pegasus Maritime – оператор т/х «Reliance» — сообщил SeaNews, что судно компании задержано не было. В СЗП, которому принадлежит сухогруз «Омский-135», ситуацию не прокомментировали. Если верить сервису, осуществляющему обработку данных АИС, то «Омский-135» до Египта еще не дошел, а находится в районе Стамбула».
Что же касается претензий по качеству, повторим то, что говорили наши эксперты по поводу ареста партии российской пшеницы в порту Сафага. «Особенность нынешнего сезона – исключительно высокая активность египетских трейдеров по закупке российской пшеницы с целью дальнейшей ее перепродажи на международных тендерах египетской госкомпании GASC. В ряде случаев предложения египетских трейдеров на этих тендерах были не просто дешевле, чем предложения других участников, а выглядели как демпинговые. …Но чтобы продавать на тендерах GASC по более низким ценам, тем более – по демпинговым, надо закупать зерно по еще более низким ценам. Качество неизбежно отходило на третий план, цена — на первый».